February 27th, 2009

Funes

Снег под ногами майора, или Альберту Эйнштейну

Поздно вечером шагал я с работы, усталый; вопреки бравурной советской песне, не очень-то любишь в такие моменты жизнь. Было темно, половина восьмого где-то; впереди по обильно вывалившемуся снегу, обильно в оном вывалявшись, шатаясь, невообразимо петлял толстозадый субъект в фуражке. Я вспомнил о советско-финской войне. Быть может, сейчас нашего, советского офицера преследовал хладнокровный и коварный финский лыжник! Вот почему он так петляет, время от времени падая в снег: в любой момент его может настигнуть пуля меткого и безжалостного стрелка! А ведь я тоже представляю собой отличную мишень на белом снегу, — мелькнула мысль, — фигура среднего роста в темном пальто! Не броситься ли и мне вот так же в снег, предварительно сделав зигзаг?

Я люблю пофантазировать и на миг отдаться фантазии, но, как вы понимаете, никакого финского снайпера не было и быть не могло: идущий навстречу майор был абсолютно пьян. Он почти поравнялся со мною, сопя, и ляснулся что есть силы на снег. Я не стал его поднимать: пусть его сам, скотина, спасает честь своего мундира, а уж я-то, как и полагается, свою честь смолоду берегу. Он встал довольно быстро, сначала на четыре, потом на две, и запетлял дальше; однако фуражка с его головы скатилась в снег, он этого даже не заметил, продолжая свой извилистый путь. Тут уж я его пожалел. «Командир!» — окликнул его я, — «Фуражку потерял». Он обернулся, мыча, я поднял фуражку, подошел к нему, отряхнул ее от снега и напялил командиру на голову. Она сидела, прошу читателя отметить этот факт, довольно свободно. «Спсб», — промямлил он и запетлял дальше.

К чему этот весь рассказ? Подумаешь, событие — пьяный майор. Примечательно то, что фуражка эта, которую я поднял, была такая маленькая-маленькая, на младенчика, чуть ли не на мой кулачок. Такой вот малоголовый, при обыкновенном росте и толстом заду, был этот служивый, динозавр, фактически. Начитанный джентльмен, я вспомнил слова физика Эйнштейна: «Для того, чтобы маршировать под звуки музыки, не нужно головного мозга. Достаточно иметь спинной». И эта маленькая стриженая, упившаяся сейчас до беспамятства, головка наделена полномочиями в особые времена отправлять на смерть фунтами молодое мясо! Даже завтра, в мирное время, протрезвев и боля, она будет отдавать приказы, и перед ней, рапортуя, будут тянуться во фрунт. Чудны дела твои, Человече!

В общем, я, как правило, не люблю военных.